Вот уже пять лет наш эксперт, психолог Марина Новикова-Грунд, играет со своими худеющими пациентами на деньги. Игра их увлекает, а вес уходит! Все об уникальной методике – эксклюзивно для «Худеем правильно». 

Любовь приводила меня в отчаяние, занимала все мысли. Я перелистывала горы литературы, брала супервизии у коллег-психотерапевтов, обсуждала ситуацию с психиатрами, но все без толку. Люба ела, как гусеница шелкопряда: хрум-хрум-хрум с утра до вечера, ранний завтрак без пауз перетекал в поздний ужин. Она уже успела «схрумкать» советы толпы диетологов, психологов, гастроэнтерологов и даже астрологов и хиромантов.

Ее отношения с людьми строились на принципе обязательности. Но едва дело касалось еды, как он тут же отказывал. Любые попытки врачей и психотерапевтов организовать подсчет съеденного заканчивались тем, что Люба от них сбегала.

«Какие ассоциации вызывает у вас слово «дневник»?» – спросила я однажды. «Страх и унижение, – ответила она. – Детство, насмешки, запахи туалета и убогого школьного буфета, злые девчонки, стыд, ярость, слезы…» И во всей своей неприглядности открылся пейзаж школьной травмы. 

ДНЕВНИК ВИНЫ

Школьные годы чудесные у многих, очень многих из нас отзываются кошмарными снами, страхами, мучительными воспоминаниями. А школьный дневник – это символ внешнего контроля и горькой детской вины.

«Вам нравится быть взрослой», – сказала я.

«Да, потому что теперь я свободна. Если неправильно складываются отношения с другом или ситуация на работе, я могу просто уйти, не прося разрешения».

Понятия «независимость», «радость» и «свобода», как выяснилось, связывались у Любы с «красотой» и «деньгами». И в нашу следующую встречу я вручила ей пачку «купюр». Сделала их из своих старых визитных карточек, написав на обратной стороне: «1000 ккал», «100 ккал», «50 ккал»…

Ими следовало расплачиваться за съеденное. Например, позавтракав, надо было отложить из пачки 150 калорий за овсянку, 200 – за творог и 50 – за кусочек шоколада. И дальше, в течение дня, платить так за каждую котлету и конфету.

Через неделю Люба пришла осунувшейся. Она оказалась скопидомкой. Чипсы и орешки, творог и рыба вызывали у нее приступы скупости, всю неделю она питалась «дешевыми» огурцами и помидорами. Нашу финансовую систему следовало усовершенствовать.

ТОРГОВАТЬСЯ НЕ БУДЕМ

Теперь всю пачку «денег» мы сложили в конверт с надписью «казна». Из нее Люба решила выплачивать себе ежедневно по 2000 ккал. Существенная часть их обязательно должна была быть «проеденной». Мы долго торговались, определяя величину этой части. Люба не хотела тратить больше 1000. «У меня рост маленький – 157 см», – сердилась она. Я же настаивала, что при 90 кг веса организм, посаженный на 1000 калорий запросто «отключит электроэнергию», то есть замедлит обмен веществ. Сошлись на 1500 ккал. Ими следовало расплачиваться за три ежедневных приема пищи по «модели тарелки».

Еще мы условились, что за каждые 2 часа прогулки из казны можно взять дополнительно 100 «рублей» и потратить их на еду.

А потом я протянула ей две карточки: черную и красную. Черная – для тех суматошных дней, когда поесть практически не удается. Если это произошло, то в последующие 3 дня надо отдать долги: тратить все 2000 калорий.

Красная карточка – для тех дней, которые злые диетологи не всегда оправданно называют «срывами». Хочется же иногда обо всем забыть и наесться всякого неправильного! И в этом нет ничего плохого. Красную карточку можно использовать 2-3 раза в месяц и безо всякого чувства вины!

…Через год постройневшая Люба рассказала мне о трех красивых вещицах, которые помогли ей придерживаться новой экономической программы. Алый лайковый мешочек – в нем лежала казна. Изящное портмоне – по его отделениям были разложены 2000 ккал. А выданные из него 1500 ккал попадали в когтистую лапку антикварного серебряного зажима для денег. «Наверное, ужасно дорогого?» – спросила я. «Мне нравится много зарабатывать и много тратить – и в рублях, и в калориях», – ответила Любовь.

Марина НОВИКОВА-ГРУНД